Санников С.В.

Сергей Владимирович Санников – врач-анестезиолог-реаниматолог. Заведующий отделением специализированной (санитарно-авиационной) скорой помощи ГКУ «МАЦ».
Санников С.В.

Сергей Санников – это первый врач после начальника медико-спасательной службы, который пришел в «Московский авиационный центр». Этот человек, можно сказать, ветеран учреждения, который стоял у начала истории создания санитарной авиации с использованием вертолетов ВК117С-2, оснащенных специальным медицинским оборудованием в ГКУ «МАЦ» и в Москве, в целом. Сергей Санников участвовал в ликвидации последствий чуть ли не всех значимых ЧС, случившихся в столице и не только. Награжден медалью МЧС «За содружество во имя спасения», полученной после оказанной медпомощи спортсменам во время Олимпийских и Параолимпийских игр в Сочи 2014.

В 2017  году Сергей Владимирович признан лучшим врачом анестезиологом-реаниматологом по итогам ежегодного Всероссийского IX фестиваля «Созвездие мужества» по городу Москва.

Так случилось, что на момент появления маленького Сережи на свет в семье Санниковых уже было несколько врачей. Поэтому, когда подросшему мальчику в старших классах пришло время определиться, кем стать, долго думать не пришлось. Закончив специализированную гимназию, в 1999 году Сергей без труда поступил в медицинский университет на факультет лечебного дела, решив поддержать и продолжить многолетний труд своей мамы, получившей в свое время аналогичную специальность. Учеба давалась подростку легко, и, получив через год после окончания ВУЗа специализацию врача-анестезиолога-реаниматолога, Сергей стал работать в местной городской больнице.

«Там все динамично, активно, в общем, не скучно, – комментирует свой выбор профессии Сергей, – В любой клинике можно устроиться и не остаться без работы».

О первой свой работе врач рассказывает с удовольствием. Ведь именно там Сергей получил большой опыт в качестве врача-анестезиолога-реаниматолога и одновременно освоил новую специализацию.

«Ежедневно я стоял за хирургическим столом в течение 5 лет и работал в отделении анестезиологии-реанимации. Причем, это были все виды хирургического вмешательства – и ангиология с кардиохирургией, и травматология-ортопедия, и гинекология… Там я еще раз убедился, что решил стать анестезиологом не зря! Мне все это очень нравилось. Вместе с тем у меня появилось еще одно увлечение – УЗИ-диагностика. Сначала стал заниматься диагностикой детей до года. Это очень впечатляет, потому что буквально 1-2 дня малышу, а ты уже все о нем знаешь! Кстати, это очень помогало клинически. Ведь от правильной постановки диагноза в медицине многое зависит. Поэтому кроме неонатальной УЗИ-диагностики я начал обследовать и взрослых».

А дальше было еще интереснее. Судьба забросила Сергея на…Чукотку! Причем, все случилось так неожиданно, что врач сам не заметил, как оказался на Крайнем Севере. Причем, удивительно, но именно эта поездка обеспечила Сергею в будущем верный пропуск на работу в Московский авиационный центр.

Ìîñêâà.ÒèÍÀÎ.ï.Îñòàôüåâî. Ìîñêîâñêèé Àâèàöèîííûé öåíòð.

«Обследовал и лечил как то у себя пациента, – рассказывает врач предысторию своего путешествия на Чукотку, – А он оказался капитаном дальнего плавания, похвастался, что у них на Чукотке есть замечательная больница, взял мои координаты. Потом он выписался, прошло время, я уже все забыл, как вдруг звонок: «Желаете к нам приехать?» Я подумал, подумал и сказал – да!»

 На Чукотке молодому специалисту пришлось заниматься всем, что только может понадобиться в медицине. Как объяснил врач, специфика лечебных учреждений на Крайнем Севере такова, что медицинский работник должен уметь трудиться не только по своей специальности, но принимать участие и в других лечебных мероприятиях по другим дисциплинам.

«Обычно в больницах, поясняет Сергей, – если числишься в каком-то определенном отделении, например, в гинекологии, то только там ты и участвуешь в процессе лечения пациентов, консультируешь во время обходов и т.п. А на Чукотке нужно было быть везде, где требовалась необходимость. В любой момент могли вызвать в качестве консультанта в разные отделения больницы или попросить подъехать к пациенту домой».

На Чукотке Сергей провел год, который принес ему много бесценного опыта работы в экстремальных условиях. Молодой врач-анестезиолог воспользовался уникальной возможностью отточить свои профессиональные навыки, постоянно сталкиваясь с самыми разными необычными случаями.

«Допустим, оленевод провалился под лед в ледяную воду. Пока доехали, конечности у него уже совсем плохие, потребовалась ампутация и т.п. Или, например, помню, в поселке тяжелый случай был – выпили местные жители под видом алкоголя сильный яд метанол. Многие умерли, вызвали меня, занимался и этим…Всякое было, много чего повидал, и после Чукотки, конечно, меня уже мало было, чем удивить».

 Именно там, на Севере, Сергей Санников получил необходимые навыки, узнав о которых, его сразу приняли на работу в Московский авиационный центр. Ведь на Чукотке молодой врач добирался к своим пациентам не по земле, как принято, в машине «скорой помощи», а по воздуху – на вертолете.

«Больница была одна на несколько населенных пунктов, – рассказывает Сергей, – и все они находились достаточно далеко. Наземным путем больного не доставишь никак. Поэтому на Крайнем Севере местные авиалинии работали по соглашению с лечебным учреждением. Порой, только в один конец приходилось лететь несколько часов. Поэтому, когда я пришел на собеседование в ГКУ «МАЦ» и там узнали, что я летал, сразу спросили на чем. «На Ми 8, – ответил я, – и тут же услышал, – Завтра выходите на работу. Вы нам подходите!»

af6c4761

Вот так, в 2008 году Сергей Санников попал на работу в «МАЦ». К тому времени за плечами у врача был уже очень большой багаж знаний, а главное, опыт работы в экстремальных условиях, что для авиационного центра с его спецификой деятельности было бесценным! Правда, вопреки ожиданиям Сергея, летать он начал не сразу: не на следующий день после собеседования, как он думал, и даже не через месяц.

Я, когда пришел на работу, – вспоминает врач, – в «Московском авиационном центре» не было еще отделения санитарной авиации. Только руководитель медицинской службы Вячеслав Половинко, да я.  Мы с нуля  приступили к формированию медицинского отделения и получения необходимых документов для работы. На удивление, лицензию получили быстро – в конце 2008, взяли в отделение еще двух врачей-реаниматологов-анестезиологов, и в мае 2009 год, как сейчас помню, заступили на свое первое дежурство на санитарном вертолете в 20 городскую клиническую больницу г. Москвы.

Поначалу все было непросто. В городских условиях оказывать помощь с воздуха было сложно. Ведь на Чукотке вертолет осуществлял всего лишь функцию перевозки врача или пациента. В «Московском авиационном центре» санитарный вертолет сам был и есть, как «летающая реанимация». То есть, предназначен только для перелета, но и для оказания помощи пациенту на борту. Воздушное судно оснащено специальным медицинским модулем, в состав которого входят:

  • аппарат искусственной вентиляции лёгких;
  • дифибриллятор;
  • два инфузомата (шприцевой насос для дробного введения лекарственного препарата);
  • монитор жизненно важных функций;
  • медицинский отсос;
  • медицинские укладки

Так же в санитарном вертолете «Московского авиационного центра» имеются специальные носилки для перевозки тяжелых лежачих пострадавших и иное медоборудование, включая расходный материал. По необходимости воздушное судно оснащается еще и кювезом для транспортировки новорожденных.

Ìîñêâà.ÒèÍÀÎ.ï.Îñòàôüåâî. Ìîñêîâñêèé Àâèàöèîííûé öåíòð.

С. Санников внутри санитарного вертолета

 Так вот, когда санитарная авиация в Москве начала свою работу, врачам и экипажу вертолета приходилось не просто. Ведь летать над мегаполисом и сажать вертолет в условиях города – это огромная ответственность и очень сложная задача, которую пилоты «Московского авиационного центра» только начинали осваивать. Поэтому не всегда вертолет садился рядом с местом вызова к больному, в этих случаях врачам нужно было как то добираться до пострадавшего. Как правило, ловили попутные машины. Да и взаимодействие с оперативными службами столицы не было еще четко налажено, а вылетов было очень много. Вызов шел один за одним, учитывая, что в то время в Москве дежурил только один санитарный вертолет. Летали без отдыха всю смену. А потом наладили взаимодействие с Центром экстренной медицинской помощи (ЦЭМП), и все пошло, по словам Сергей Санникова, «как по накатанной».

«Схема изумительная, – рассказывает врач-реаниматолог-анестезиолог, – в ЦЭМП идут вызовы, они по необходимости перенаправляют авиамедицинской бригаде, мы летим, оказываем первую помощь на месте, и тут же врач ЦЭМПа распределяет, в какую больницу эвакуировать пострадавшего. Все просто и понятно!»

Сейчас состав авиамедицинской бригады дежурного санитарного вертолета – это два пилота «Московского авиационного центра» и три медработника, один из которых врач-реаниматолог-анестезиолог ГКУ «МАЦ», другие два – Центра экстренной медицинской помощи (врач и фельдшер). Три таких вертолета ежедневного дежурят над столицей. По заявкам ЦЭМПа они вылетают к пострадавшим в ДТП и других ЧС, а так же к соматическим больным, нуждающимся в высокотехнологичной медицинской помощи.

DSC_0044

«Высокотехнологичная медицинская помощь – это такой комплекс услуг, который включает в себя несколько оперативных мер медицинской помощи в полном объеме – оказание первой помощи, экстренная эвакуация под наблюдением врачей и быстрая специализированная помощь уже на месте, в лечебном учреждении. Например, недавно был такой случай – отрубил себе мужчина кисть по неосторожности. Мы прилетели, выполнили первые необходимые действия, а после эвакуировали его в отделение микрохирургии кисти. Да-да, не удивляйтесь! Именно кисти, где ему ее быстро пришили и дали шанс на полное восстановление всех функций конечности! Вот это и называется высокотехнологичная медпомощь!  А представьте, если такого пациента долго везти в больницу или привезти быстро, но в отделение, которое не имеет соответствующей специфики! У него не было бы шансов на восстановление пальцев».

 За время работы в «Московском авиационном центре» Сергею Санникову пришлось поучаствовать практически во всех ЧС, произошедших в Москве и не только. Первая катастрофа, конечно же, впечаталась в память особенно.

«В том же 2009 году, когда мы приступили к своим дежурствам, – делится воспоминанием врач, – состоялось всем известное авиа-мероприятие «МАКС». Так вот, накануне открытия салона в ходе подготовки к показам разбилось два самолета. Они столкнулись в небе: один из них попал на поле, а другой упал на жилые дома. От последнего воздушного судна, как и от дома, ничего не осталось. Плюс ко всему, ситуация усложнилась выбросом топлива с последующим возгоранием…Из-за этого очень много людей получило обширные ожоги, и наша авиамедицинская бригада тогда не только развозила пострадавших из местной больницы в московскую, но и участвовала в поисково-спасательной операции. Очень продолжительное время мы искали и эвакуировали людей после этой жуткой катастрофы, налетались тогда, конечно – с утра до позднего вечера….Хоть это событие и не было широко освещено в СМИ, но мне запомнилось надолго!»

 А потом были ликвидация последствий взрыва на Лубянке и Проспекте мира, медицинское сопровождение Олимпийских и Параолимпийских игр в Сочи.

«Наш санитарный вертолет стоял на самых опасных объектах, – рассказывает Сергей, – и, если что-то случалось, то через 5 минут экипаж уже поднимал судно вместе с пациентом в воздух. На этот случай в Сочи была подготовлена 8 ГКБ. Вывозили самых тяжелых спортсменов, с переломами нижних конечностей, таза.  За 2 месяца было 10 тяжелых пациентов. Надо отметить, что взаимодействие с местной больницей и с оперативными службами Сочи было на тот момент отлажено идеально!»

Врачи-анестезиологи-реаниматологи ГКУ "МАЦ", 2014. Фото из личного архива

Врачи-анестезиологи-реаниматологи ГКУ “МАЦ”, 2014. Фото из личного архива

Почти сразу после Олимпиады случилась страшная авария на перегоне между станциями метро Славянский бульвар-Парк Победы. Для ликвидации последствий этого ЧС были задействованы аварийно-спасательные, пожарные службы города, полиция. И, конечно же, вертолеты «Московского авиационного центра», которые занимались эвакуацией пострадавших в подземке людей.

«На тот момент в «МАЦ» уже было три санитарных вертолета ВК117С-2 и все участвовали в спасении людей после аварии на Славянском бульваре-Парке Победы. Кроме того, привлекался и один из наших пожарных вертолетов Ка-32А. Так же для перевозки пострадавших. Я тогда впервые попал на этот вертолет в качестве врача, обычно он не используется у нас для перевозки пациентов, а задействуется лишь на крупных ЧС, когда не справляется парк легких вертолетов. Тот случай как раз был одним из таких. Запомнил свои ощущения полета на «кашке» – необычно! Когда мы взлетели с пострадавшим, летчики оглядываются, мол, куда лететь. Они ведь пожары привыкли тушить, а не по больницам пациентов развозить. Поэтому нам тогда с еще одним нашим врачом во время полета пришлось и за пациентом следить, и пилотам подсказывать путь. А, когда сели, смотрим, вертолет тут же улетает. Помню, растерялись так – а мы? Взаимодействия то нет с экипажем, как на санитарных вертолетах. Вот они и вернулись обратно на ЧС без нас. Благо, там недалеко было, и ЦЭМП выслал машину. Вернулись обратно, и уже помогали пострадавшим непосредственно в зоне аварии, под землей. Видели, как вагоны смяты.., жуткая картина…Надо сказать, что тогда все оперативные службы, кто был задействован в спасении людей и имел специальный допуск, спускались в подземку».

Медицинская бригада на перегоне станций "Парк Победы-Славянский бульвар" 15.07.2014

Медицинская бригада на перегоне станций “Парк Победы-Славянский бульвар” 15.07.2014, из личного архива

Поясню, что не всем представителям оперативных служб можно находиться в зоне ЧС, а только тем, кто имеет квалификацию спасатель. Врачи «Московского авиационного центра» такую квалификацию имеют. А вот уже, например, медработник обычной «скорой помощи» – нет. Квалификация «спасатель» дает не только теоретические знания о зоне ЧС, но и практические навыки специфических манипуляций, необходимых для оказания первой медицинской помощи пострадавшим. Например, специально обученный врач умеет пользоваться аварийно-спасательным инструментом, бензопилой, спускаться с вертолета на лебедке, вязать и распутывать узлы и т.п.

«Это очень помогает, – комментирует Сергей, – ведь, когда, например, после ДТП человека крепко зажимает в автомобиле, приходится всеми этими знаниями пользоваться. Да и вообще, чем больше в нашей работе умеешь, тем лучше. Даже взять то же УЗИ. Я нередко им пользуюсь у нас в вертолете, что всегда помогает. Эвакуируешь потерпевшего в больницу и уже знаешь, что у него, например, жидкость свободная скопилась в брюшной полости, что указывает на внутреннее кровотечение и т.п. Передаешь это врачам отделения больницы, и они уже готовы к «сюрпризам».

На сегодняшний момент, УЗИ-диагностику в полете из дежурных врачей-анестезиологов-реаниматологов «МАЦ» может осуществлять только Сергей. Постепенно этому планируют обучить всех «летающих» медработников учреждения.

«Медицина такая вещь, – уверенно говорит Сергей Санников, – где постоянно нужно учиться. К примеру, в будущем году, я запланировал себе посетить еще несколько курсов повышения квалификации, таких, как оказание неотложной помощи пациентам с комбинированной травмой, тематическая учеба по ультразвуковой диагностике и другие. Надо сказать, что все наши врачи регулярно повышают уровень своих знаний и навыков в ведущих медучреждениях столицы» .

DSC_0025

Кстати, важно сказать, что врачам авиамедицинской бригады необходимы не только знания. Сотрудник «летающей скорой помощи» должен обладать огромной силой воли, острым умом и сообразительностью, смелостью и отвагой. В общем, что называется, железным характером.

 «Бывает летишь, – рассказывает о своей работе Сергей, – ливень, плохая видимость, болтанка, нужно быть готовым ко всему. А нам ведь не только лететь, надо и бежать к пострадавшим, оказывать первую помощь, контролировать его состояние в полете, потом сдавать лично в отделение больницы и т.п. Бывает, что чуть ли не в лифте или на вертолетной площадке проводишь какие-либо реанимационные мероприятия, потому что ухудшение внезапно наступает. Иногда за день так налетаешься и набегаешься, пот течет, хоть выжимай».

Так, например, Сергею очень сильно запомнился один случай не с крупного ЧС, а с обычного повседневного дежурства.

«Помню, дежурим мы на 15 больнице. Погода – жуть: идет сильный дождь, ветер дует, слышны раскаты грома. И темно, как ночью. Погода в тот день, наверное, была, ближе к нелетной. И вдруг нам дают вызов: где то в городе молния ударила в двух детей. Бабушка пряталась с ними от ливня под навесом, и тут такая беда. Ее не задело почти, а детки сильно пострадали. Решение – лететь или нет, принимал командир экипажа. И, конечно же, наши пилоты не побоялись непогоды, мы полетели спасать детей. Этот полет запомнился очень – дождь, молнии вдалеке сверкают, вертолет болтает, а ты думаешь, как там с пациентами, что тебя ждет на месте. Ведь удар молнии – это очень серьезно, часто у человека повреждаются жизненно-важные функции. По прилету, к счастью, все пострадавшие были в сознании, но оглушены и сильно напуганы. У деток – это были девочки 6 и 11 лет от удара молнии были сильные ожоги. Мы им оказали первую помощь на месте, обезболили, сняли ЭКГ. Надо сказать, что почти одновременно с нами подъехала и машина скорой помощи, ее бригада забрала младшую девочку и бабушку. А на борт вертолета мы взяли девочку постарше, так как там случай был более тяжелый. В итоге, с детками все обошлось. Спасли!».

IMG-20170329-WA0020

 С чем только не приходится сталкиваться авиа-медицинской бригаде во время дежурств. И, как правило, все это тяжелые случаи, когда потерпевшего необходимо доставить в больницу за 10-15 минут, иначе уже не спасти. Вот именно с этой задачей и справляется в Москве санитарная авиация, каждый день сохраняя наши жизни. А такие врачи, как Сергей Санников – смелые и отважные дарят не только надежду, но и, можно сказать, вселяют уверенность, что все будет хорошо!

Материал подготовила Н. Арнаут

Фото Департамента ГОЧСиПБ